Текстовая версия:

РЫБЕШКА НА БЕРЕГУ

(Из провинции)

Украинская милиция издала статистические карточки, специально для заявки детей до 15 лет.
Любознательные составители интересуются, какова основная профессия заполняющего анкету и его семейное положение. «Просьба подчеркнуть: женат или разведен».
Говорят, что начитавшись этих карточек, некая счастливая мать, разрешившись от бремени пятикилограммовым первенцем, робко осведомилась у него:
- А вы, гражданин, женаты или разведены?
Хитрый мальчишка промолчал.

В одной из школ Авдеевского района, Сталинского округа, учитель задает вопрос ученику:
- Какая высшая власть в СССР?
- Рудоуправление! – отвечает ученик.
- Неправильно, - поправляет его учитель, - высшая власть в СССР – ГПУ.
Потом выяснилось, что учитель бывш. Кавалергард.
Тогда понятно.

Текстовая версия:

ПРИНЦИПИАЛЬНЫЙ СПОР
Один из последних трамваев шел почти пустой с затянутыми инеем окнами. Порою трамвай молниеносно срывался с остановки, не дожидаясь кондукторского звонка.
- Видать вожатый – женщина! – проговорил один пассажир, кланяясь от толчка. – Не дождется, не разберется и трахает!
- А мне сдается, что мужчина! – вмешалась пассажирка. – Вероятно, хватил лишнего и катит, будто на тройке.
Раздался неистовый трамвайный звонок.
- Видали? – подмигнул, улыбаясь, пассажир. Баба она баба и есть. Она каждого столбика трусит. Да что говорить! На днях баба вожатый налетела на ломового и, бросив трамвай, убежала домой…
Трамвай вдруг остановился. Пассажирка невольно толкнула в бок пассажира и сказала:
- Ясно, что вожатый – пьяный мужчина! Уже наехал на кого-то! Женщина – она, действительно, лучше!
Чтоб разрешить спор, пассажиры вышли на переднюю площадку. За мотором сидели вдвое: мужчина-новичок и обучающая его женщина – в старой трамвайной форме.

Текстовая версия:

ЕГО ПРОФЕССИЯ

Ответ был такой странный, что агент финотдела уставился на маленького брюнета и завертел в руках карандаш.
- Как вы сказали? – повторил агент вопрос. – Чем вы занимаетесь?
- Расширением жилплощади, - ответил брюнетик. – Я расширяю жилищную площадь. Если у вас в комнате 10 метров, я смогу довести их до 30, 40 метров, хоть до ста. Крошечную ванную мне ничего не стоит превратить в целый дворец.
Агент продолжал глядеть на брюнетика, вертя в руках карандаш.
- Как же вы это делаете?
- Очень просто, - сказал брюнетик. – Пойдемте в мою комнату, и вы увидите. Вот обратите внимание на стены. Я художник. На этой стене вы видите изображение двери с тяжелыми портьерами, за которыми виднеется мой кабинет. Смотрите, письменный стол, телефонный аппарат. Правда, пользоваться таким телефоном неудобно, но зато я не плачу за него, пусть стоит. А на этой стене вы видите мою гостиную – мягкая мебель, пальмы, рояль. Играть на нем неудобно, но пусть стоит для украшения. Вы любите музыку?
- Да, - улыбнулся агент. – Я большой поклонник Бетховена.
- Вот как! А знаете что? За скромное вознаграждение я поставлю в вашей комнате грандиозный памятник Бетховену.

Текстовая версия:

ЕДИНСТВЕННЫЙ

В столице, в литературном Доме, часто собиралась фокстротная молодежь ради уюта и хорошего ужина. Это явление было настолько общеизвестным, что некий критик Д. страшно удивился, когда ему сказали, что в субботу в Доме один из талантливейших авторов прочтет вслух свои произведения.
- Идемте с нами, и вы убедитесь!
Критик Д. отправился в субботу в Дом. Еще на пороге Д. услышал:
- Филэ, сотэ, филэ-миньон, беф-буле…
- Слышите? Видите? – торжествовали друзья.
Д. понял. Он увидал воочию автора, читающего вслух свои произведения:
Повар Дома, талантливый кулинар, от нечего делать, разбирал по слогам меню кушаний.

Текстовая версия:

СПЯЩИЙ ТРАКТОР
ГЛУБОКО-АКТУАЛЬНОЕ, СОЗВУЧНОЕ, ИДЕОЛОГИЧЕСКИ ВЫДЕРЖАННОЕ, УВЯЗАННОЕ И СОГЛАСОВАННОЕ С СОВРЕМЕННОСТЬЮ БАЛЕТА

В Ленинграде объявлен конкурс на либретто советского балета. В Москве, в Большом Театре к этому же делу привлечены драматурги и композиторы.
Мы тоже вносим свою лепту.
Ниже помещено сочиненное нами либретто, которое отличается замечательными свойствами: оно традиционно-балетное, и в то же время – традиционно-советское.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Заколдованная повестка
Пейзане-середняки на полевых работах.
Массовые танцы. На первом плане молодые середнячки копают картошку. Танец копания картошки.
Проходит кулак Карабосс. Он преследует молодых середнячек.
Пейзане волнуются, но не смеют защитить бедняжек-середнячек.
И тут появляется демобилизованный бедняк Дезире со свитой.
Он прогоняет кулака. Общая радость пейзан.
Танец радости пейзан.
Воспользовавшись случаем, Дезире агитирует пейзан за удобрение.
Въезжает воз с удобрением. Танец удобрения.
Вечереет. На прожектора наводят синие стекла.
Пейзане, наудобрившись, уходят домой.
Бедняк Дезире небрежно отпускает свою свиту и остается один. Он задумался.
Приходит наставник бедняка – сельшкраб Галифрон. Сельшкраб рассказывает, что в губернском центре живет красавица-Трактор.
Дезире заочно влюбляется в красавицу.
Сельшкраб делает заклинания, он взмахнул заколдованной повесткой, и появляются могущественные феи: фея Автодора, фея Мопра, фея Авиахима и фея Смычки. Феи единогласно принимают шефство над бедняком Дезире.
Шефский танец фей.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Кулак Карабосс
В губернском центре, в запущенном канцелярском замке, томится красавица-Трактор. Волею злого Бюрократа она оторвана от широких масс и умирает от желания дорваться до масс обратно. Танец умирающего Трактора. Злой Бюрократ усыпляет красавицу-Трактор и уводит её в гараж.
Прибегает кулак Карабосс. Он сообщает о приближении бедняка Дезире. Отрицательные персонажи в ужасе. Танец отрицательных персонажей.
К замку приближается Дезире. Злой бюрократ вешает заколдованный плакат: «Прием окончен». Через этот плакат не может пройти ни один посетитель.
Но фея Мопра переносит Дезире через стены замка. Бюрократ вывешивает другой страшный плакат: « Без доклада не входить».
Фея смычки одолевает и это препятствие. Разъяренный бюрократ вешает самый ужасный плакат: «Если ты пришел к занятому человеку, то пошел вон!».
Фея Авиахима помогает Дезире. Бюрократ опутывает бедняка кошмарной анкетой в 10000 вопросов. Фея Автодора возит бедняка вдоль анкеты, и он быстро её заполняет.
Тогда Бюрократ сдается и выписывает ордер на Трактор. Бедняк Дезире входит в гараж и будит красавицу-Трактор. Красавица мгновенно в него влюбляется. Па де де: бедняк и трактор.
Фея Автодора расстилает им скатертью дорогу до самого села.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
Праздник смычки
Праздник смычки бедняка Дезире с трактором на селе. Пейзане единогласно голосуют за. Танец голосования. Кулак Карабосс срочно раскулачивается и под звуки фанфар превращается в избача.
Начинается шествие персонажей из советских сказок, то-есть фельетонов Кольцова и Зорича. Перед зрителями проходят: совдурак, закупивший за границей ночные горшки; растратчик; хулиган; кулак; нэпман, обманувший фининспектора; прогульщик; зарвавшийся бюрократ, который запер на службе уборную; лишенец правильный и лишенец по головотяпству; Чемберлен; бабка, которая третий год ходит и добивается справки; сельская учительница, которую преследует предволисполком; социал-лакей; социал-идиот и социал-кровавая собака.
Финальный танец. Конец.

Иван Дитя

Рис. К. РОТОВА

Текстовая версия:

ПУТЕШЕСТВИЕ В ОДЕССУ
Памятники, люди и дела судебные.

Для того, чтобы туристу из Вологды или Рязани попасть в Одессу, есть несколько способов.
Можно отправиться туда пешком, катя перед собой бочку с агитационной надписью – «Все в ОДН». Этот способ излюблен больше всего молодежью и снимает не больше полугода времени.
Можно также приехать из Рязани в Одессу на велосипеде. Для этого надо приобрести билет третьей всесоюзной лотереи Осоавиахима и дожидаться пока на него не падет выигрыш в виде велосипеда. На это уходит всего один год.
Если же билет выиграет фуфайку или электрический фонарик, то надлежит ехать в Одессу поездом. Фонарик можно захватить с собой и по ночам пугать его внезапным светом железнодорожных кондукторов.
Любознательному туристу Одесса дает вкусную пищу для наблюдений.
Одесса один из наиболее населенных памятниками городов.
До революции там обитало только четыре памятника: герцогу Ришелье, Воронцову, Пушкину и Екатерине Второй. Потом число их еще уменьшилось, потому что бронзовую самодержицу свергли. В подвале музея Истории и Древностей до сих пор валяются ее отдельные части – голова, юбки и бюст, волнующий своей пышность редких посетителей.
Но сейчас в Одессе не меньше трехсот скульптурных украшений. В садах и скверах, на бульварах и уличных перекрестках возвышаются ныне мраморные девушки, медные львы, нимфы, пастухи, играющие на свирелях, урны и гранитные поросята.
Есть площади, на которых столпились сразу два или три десятка таких памятников. Среди этих мраморных рощ сиротливо произрастает две акации. Стволы их выкрашены известью, на которой особенно отчетливо выделяются однообразные надписи – «Яша дурак». На спинах мраморных девушек тоже написано про Яшу.
Львы и поросята перенесены в город из окрестных дач. Что же касается нимф и урн, то похоже на то, что они позаимствованы с кладбища. Как бы то ни было, вся эта садовая и кладбищенская скульптура очень забавно украсила Одессу.
Кроме памятников, город населяют и люди.
Об их числе, занятиях и классовой принадлежности турист может узнать из любого справочника. Но никакая книга не даст полного представления о так называемом «Острове погибших кораблей».
«Остров» занимает целый квартал бывшей Дерибасовской улицы, от бывшего магазина Альшванга до бывшей банкирской конторы Ксидиаса. Весь день здесь прогуливаются люди почтенной наружности в твердых соломенных шляпах, чудом сохранившихся люстриновых пиджаках и когда – то белых пикейных жилетах.
Это бывшие деятели, обломки известных в свое время финансовых фамилий.
Теперь белый цвет акации осыпается на зазубренные временем поля их соломенных шляп, на обветшавший люстрин пиджаков, на жилеты, сильно потемневшие за последнее десятилетие.
Это погибшие корабли некогда гордой коммерции. Время свое они всецело посвящают высокой политике, международной и внутренней. Им известны также детали советско-германских отношений, которые не снились даже Литвинову. Что же касается дел внутренних, то опираясь на статью в «Известиях», где Молотов назван «т. Молотов», а не «тов. Молотов», они предсказывают скорое перемещение его на периферию.
Отвлечь от этих пророчеств их может только процессия рабов в хитонах, внезапно показавшаяся на Ришельевской улице.
Рабы с галдением останавливаются на углу. Вслед за ними движутся патриции в тогах. За патрициями следует начальники когорт и преторы. За преторами бегут какие-то нумидийцы и пращники. За пращниками следует тяжеловооруженные воины из секции совгоргслужащих биржи труда. Шествие замыкает разнокалиберная толпа, которая несет в кресле очень тощего Юлия Цезаря.
Делается шумно и скучно.
Всем становится ясно, что ВУФКУ пошло на новый кинематографический эксцесс – опять ставит картину из быта древнеримской империалистической клики.
Подъехавшие на семи фаэтонах кинорежиссеры устанавливают римско-одесский народ шпалерами и организуют Юлию Цезарю большой триумф. Статисты, стоя на фоне книжного магазина Вукопспилки, машут ветками акации, потому что на пальмы не хватило кредитов.
Граждане города, не нанятые в римляне, с омерзением смотрят на действия родной кино-организации.
После триумфа фаэтоны с режиссерами трогаются в направлении общеизвестной одесской лестницы. Туда же несут Цезаря, закусывающего на своей высоте «бубликами-семитати».
На общеизвестной одесской лестнице снимаются все картины, будь они из жизни римлян или петлюровских гайдамаков – все едино.
Если турист располагает временем, то ему стоит подождать судебного процесса, который обязательно возникнет по поводу постановки римского фильма.

Есть в Одессе и другие достопримечательности, может быть я уступающие в полезности триумфу Цезаря, но зато более поучительные.
Но это уже специальность не Чудака, а скорее «Наших достижений».
Ибо не одними хороводами ВУФКУ может похвалиться Одесса.

И.Ильф

Рис. А. ВОЛКОВА

Надпись под рисунком:

– Как в аптеке… Понятно?

Текстовая версия:

В приемные часы в контору Розо-Люсембургского жилтоварищества вошел розовый, свежий гражданин и радостно закричал:
– Здрассте, товарищ управдом!
– Здрассте, - сухо ответил величественный управдом.
– Вот, пришел поинтересоваться: сколько с меня будете брать квартплаты…
– Сколько надо, столько и будем.
– А сколько надо?
– Сколько надо, столько и надо. – Управдом лениво обернулся к конторщику и распорядился: - Иулиан Иваныч, поглядите, сколько с гражданина приходится.
Конторщик пригладил вставочку за ухо.
– Гражданин Клушин? Квартира номер 22-ой… 22-й… 12 рублей 10 с четвертью копеек, вот сколько с вас в месяц.
– 12 рублей? – переспросил гражданин Клушин.
– 10 с четвертью копеек.
– С чего же? И как выходит?
– С площади и очень просто. – Тут конторщик положил на ведомость счеты и, быстро полоская костяшки, зачастил: - Под вами подо всеми площади 12 сажен.
– 12 сажен, - подтвердил жилец.
– Под сыном вашим… 17 аршин.
– 17.
– По его самостоятельному заработку – рубль сорок за сажен – 2.37 с четвертью.
– Ну, с четвертью.
– Дочка у вас – свободной профессии – 13 аршин по два рубля – 2.40.
– 2.40.
– Свояченица безработная – 20 аршин по 25 копеек.
– До 25 копеек свояченица
– Итого шесть гривен. Теперь: по вашему окладу 58 аршин по рубль двадцать – 7 рублей 85.
– 7.85.
– Теперь: из этого на проходную комнату с 19 аршин треть скинуть.
– Скинуть.
– Остается – 7 рублей. Излишков у вас 10 аршин – втройне.
– Втройне.
– 2.50 прикинуть.
– Прикинуть.
– 9.50. теперь за иждивение детей и домашней супруги – треть скинуть.
– Скинуть.
– Это – 3.77. Осталось 6.33, да с остальными – 12 рублей 10 с четвертью копеек. Понятно?
Гражданин потер себе затылок.
– Нет, - сказал он, - непонятно.
Сторонний наблюдатель легко заметил бы, что лоб гражданина прорезали легкие морщины, и лицо его несколько утратило ту свежесть, которая била в глаза, когда он вошел.
– Как же непонятно, - вмешался вдруг сам управдом, - идите сюда. Где счеты?... Вот говорят – под вами по всеми 12 сажен.
– 12, кротко повторил жилец.
– Под сыном у вас 17 аршин по его заработку – 2 рубля 73 с четвертью.
– Ну, 2.73 с четвертью.
– Дочка свободной профессии на 13 аршин по 2 рубля. – 2.40.
– 2.40, свободной.
– Безработная свояченица… свояченица… в 20 аршин по четвертаку свояченица – тоже шесть гривен.
– Шесть…
– Ваш оклад 58 аршин по рубль 25 – итого 7.85.
– Ну, 7.85.
– На проходную-то комнату с 19 треть скинуть?
– Пожалуй… скинуть…
– 10 излишков втройне прикинуть?
– Ох…прикинуть…
– За иждивение треть скинуть?
– Ски. Нуть.
– Остальное прикинуть?
– При…
– 12 рублей 10 с четвертью копеек. Как в аптеке. Понятно?
– Нет, - прошептал он, - нет, непонятно.
Конторщик только и ждал этого: он схватился за счеты и уволок постаревшую жертву к своему столу:
– Вы, гражданин, вдумайтесь! – авторитетно и с расстановкой заговорил он под аккомпанемент счетов. – Всего под вами площади 12 рублей с четвертью.
– 12.10 с четвертью, - прошелестел жилец.
– Под сыном 17 рублей по три сажени в рубле.
– По три.
– Свободная дочка занимает 13 рублей?
– У кого занимает? – вяло удивился жилец. – То есть, пожалуйста… 13 рублей…
– Семь гривен сдачи… То есть, аршин… То-есть. 7 сажен по две сажени… То-есть, я говорю: 7 сажен по два аршина 30… Понятно?
– Нет еще…
– Гм… гм… Две саж… семь грн… Рубль двадц… - Конторщик изнеможенно опустился на стул. – Что-то и я понимать бросил…
Подобие улыбки осветило поблекшее лицо жильца:
– Ну, вот видите, а вы на меня говорили… Пока, значит, пойду прогуляюсь. Что-то голова не того…
Жилет старческой походкой покинул контору. Управдом расстегнул ворот.
– Иулиан Иваныч, - сказал он, - открой, что ли брат, форточку: душно как-то…

В. Ардов

Рис. КУКРЫНИКСЫ

Текстовая версия:

Ф.Ф. РАСКОЛЬНИКОВ инсценировал «Воскресение» Л.Толстого. Пьеса пойдет в Художественном театре.
Нам предоставляется интересным тот момент, когда просмотрев спектакль, публика начнет вызывать автора «Воскресения», и кланяться выйдет … т. Раскольников.

- Как изменился Толстой! – непременно воскликнет кто-нибудь постарше в партере и, обратившись к соседу, спросит: - Вы не знаете, старик давно побрился?

Текстовая версия:

Я проведу его в гараж и доверю ему свою лучшую машину, которую я только недавно выписал из Италии за 35000 рублей золотом. И всячески обласкав его, я уеду на один день, поручив выдвиженцу все сложнейшие дела моего большого учреждения. И за этот день он, не имеющий понятия о заготовке Горчицы и Щелока, наделает столько ошибок и бед, что его немедленно вышвырнут и даже не пустят назад на производство. Я сделаю его калифом на час и несчастным на всю жизнь.
И пройдя мимо изумленных секретарей, товарищ Ливреинов направился в прихожую, где на деревянной скамье томился застенчивый Папанькин в бобриковом кондукторском полупальто.
- Здорово, товарищек! – воскликнул Ливреинов – Тут наши бюрократы тебя ждать заставили. Ну, пойдем.
И обняв оторопевшего от неожиданной ласки Папанькина, он ввел его в свой кабинет, раскрыл перед ним все шкафы и вручил ему все печати, включая сюда сургучную, восьмиугольную, резиновую и квадратную. Затем он провел его по всем комнатам, представил ему всех служащих и сказал им:
- Исполняйте все приказы товарища… товарища…
- Папанькина! – помог выдвиженец.
… Товарища Папанькина, каковы бы эти приказы ни были, потому что это мой заместитель.
Потом всячески обласкав его, уехал на один день. Перед отъездом он поручил Папанькину все сложнейшие дела в заготовке Горчицы и Щелока.
Но тут Шехерезада Фёдоровна заметила, что стрелка стенных часов подошла к четырем, и скромно умолкла.
А когда наступил ЧЕТВЕРТЫЙ СЛУЖЕБНЫЙ ДЕНЬ,
она сказала:
… и Щелока. И гордый своей незаменимостью и умением выходить из самих сложных положений, товарищ Ливреинов уехал. И вот все о нем.
А выдвиженец папанькин, действительно, наделал за один день множество бед. Он сел в автомобиль, так легкомысленно доверенный ему Ливреиновым, и объехал все склады. Там он не нашел ни грамма горчицы, ни унции щелока. Зато, вернувшись в контору, он обнаружил тонны отношений и других, никому не нужных отвратительных бумаженций. После этого Папанькин выгнал всех трех секретарей и их ближайших родственников числом тридцать.
Вторую половину дня он посвятил работе созидательной, расторг договоры с частниками, ободряя достойных ободрения и порицая заслуживающих порицания. Впервые за три года учреждение работало нормально и впервые за три года служащие понимали, для какой цели они сидят за своими конторками. Конец дня ушел на составление бумаги к прокурору, с просьбой приступить к следствию о служебных деяниях товарища Ливреинова. И вот все о Папанькине. Что же касается Ливреинова, то на другой день его уже вели в направлении к исправдому.
- Таким образом, - закончила Шехерезада Фёдоровна, - незаменимейший из незаменимых пал от своей собственной руки.
- Но эта история, - продолжала Шехерезада Фёдоровна, - ничто в сравнеии с историей о двойной жизни товарища Портищева. И если вам угодно её выслушать, я расскажу эту историю.
- Просим, просим! – закричали члены комиссии.
Но тут Шехерезада заметила, что служебный день окончился и скромно умолкла.

(Продолжение следует)
Ф.Толстоевский

Текстовая версия:

1001 день или новая Шехерезада

ВЫДВИЖЕНЕЦ НА ЧАС

Когда наступил
ВТОРОЙ СЛУЖЕБНЫЙ ДЕНЬ, Шехерезада Фёдоровна прибыла на службу ровно в десять, и, пройдя мимо ожидавших чистки служащих, вошла в готический кабинет товарища Фанатюка.
- Что же произошло с начальником конторы по заготовке Горчицы и Щелока? – нетерпеливо спросил начальник.
Шехерезада Фёдоровна Шайтанова, не спеша, уселась и, подождав, покуда курьерша обнесет всех чаем, заговорила.
- Знайте, о товарищ Фанатюк, и вы, члены комиссии, что начальник Горчицы и Щелока, товарищ Ливреинов имел гордый характер и большие связи. И он весьма преуспевал, ибо, что еще нужно бодрому хозяйственнику, кроме связей и гордости? Ливреинов был убежден, что больше не нужно ничего, и полагал, что в деле плановой заготовки Горчицы и Щелока ему нет равных. И вот все о нем.
Случилось же так, что после трех лет безоблачного правления, в контору Ливреинова был прислан выдвиженец . Свой переход в контору выдвиженец Папанькин совершил прямо от станка, а потому его появление вызвало в конторе переполох. Вестники несчастья - секретари вбежали в кабинет Ливреинова и, плотно прикрыв двери, сообщили начальнику о пришельце. Товарищ Ливреинов выслушал их с завидным спокойствием и, глядя на свои голубые коверкотовые брюки, молвил:
- А как обычно поступают с выдвиженцами в соседних и родственных нам учреждениях?
- Их заставляют подметать коридоры и разносить чай, - сказал первый секретарь. – Больше полугода выдвиженец не выдерживает и с плачем удаляется на производство.
- Им не дают решительно никакого занятия, - сказал второй секретарь. – Это испытаннейший способ. Выдвиженец томится за пустым столом, заглядывает иногда в его пустые ящики и уже через месяц, одолеваемый стыдом, убегает из конторы навсегда.
Секретари смолкли.
- И это все способы, которые вам известны? – с насмешкой спросил Ливреинов.
- Все! – ответили секретари, поникая головами.
- В таком случае, - гневно воскликнул Ливреинов, вы достойны немедленного увольнения без выдачи выходного пособия и без права поступления в другие учреждения. Но я прощаю вас. Знайте же, глупые секретари, что есть сорок способов и на каждый способ сорок вариантов и на каждый вариант сорок тонкостей, при помощи которых можно избежать любого выдвиженца в неделю… У меня выработан свой идеальный план… Этот универсальный план гарантирует изжитие любого выдвиженца из любого учреждения в один день.
Но тут Шехерезада Фёдоровна заметила, что стрелка стенных часов подошла к четырем, и скромно умолкла. Комиссия по чистке аппарата стала поспешно подбирать портфели, а товарищ Фанатюк сказал про себя:
- Клянусь Госпланом, я не вычищу ее, пока не узнаю об этом замечательном плане.
А когда наступил
ТРЕТИЙ СЛУЖЕБНЫЙ ДЕНЬ, Шехерезада Фёдоровна, явившись на службу ровно в десять часов утра, сказала:
… - Этот универсальный план, - ответил Ливреинов, - гарантирует изжитие любого выдвиженца из любого учреждения в один день. Слушайте глупые и неопытные секретари. Слушайте и учитесь. Я не заставлю выдвиженца подметать полы, как это делают пижоны. Я не стану морить его бездельем, как это практикуется отпетыми дураками. Я поступлю совершенно иначе. Я введу его в свой кабинет и, дружески пожав ему руку, раскрою перед ним все шкафы и вручу ему все печати, включая сюда сургучную, восьмиугольную, резиновую и квадратную. Я проведу его по всем комнатам, я представлю ему всех служащих и скажу им: «Выполняйте все приказы этого товарища, каковы бы они ни были, потому что это мой заместитель».

Текстовая версия:

СЛЕЗАЙ – ПРИЕХАЛИ!
В ПОМОЩЬ МАССОВОМУ ЗРИТЕЛЮ

Издательство Теа-Кино-Печать в помощь массовому зрителю выпускает программы и либретто спектаклей Москвы и Ленинграда. Вот несколько примеров, иллюстрирующих эту работу.
Программа к спектаклю Московского Камерного Театра «Негр» отмечает:
«КАРТИНЫ: 1-я. Лет 15 тому назад. 2-я – лет 8 спустя. 3-я – через два года».
Не только рядовой зритель, но и спрошенный нами научный работник математического факультета 1-го МГУ затруднился ответить на вопрос: какой это будет срок через два года после восьми лет спустя пятнадцать лет тому назад.
Ленинградский выпуск программ обогащен такого рода сообщением: «ДЕМОН фантастическая опера в 3 д., муз. А.Г. Рубинштейна. Действующие лица: Демон. Тамара, его дочь».
До сих пор родственники лиц демонического происхождения исчерпывались чертовой бабушкой; чертова дочка, таким образом, есть открытие из области демонологии, совершенное непосредственно ленинградским отделением Теа-Кино-Печати.
А вот как изложено содержание оперы «Садко» в московских программах:
«Молодой гусляр Садко, певец-профессионал, популярный на «братчинах» (боярские пиршества в складчину), но имеющий какие-то связи с какими-то низами, обличает мещанскую жизнь новгородских купцов. Разорвав с ними, Садко (как «мелкобуржуазный интеллигент») разочаровывается вообще в людях, бросает свою «мещанку» жену – и удаляется к Ильмень-озеру, объявив, что отныне будет складывать песню только Ильмень-озеру (своего рода теория «искусство для искусства»). Здесь он входит в связь с подводным царством, у него завязывается роман с дочерью морского царя, Волховой».
К сожалению, это либретто не отмечает, что в опере мало отражена работа широкой подводной общественности в морском царстве и переход трудящихся русалок к многоводью.
Либретто «Пиковой дамы» в тех же «Программах» заканчивается следующей фразой в стиле римских классиков:
«Герман галлюцинирует и закалывается».
Но еще интереснее описана судьба этого персонажа в отдельной брошюре о той же опере. Вводная часть брошюры (она предшествует дословному изложению текста оперы) указывает:
«И нет сомнения, - если бы последняя карта не была бита, Герман отошел бы от игорного стола навсегда, чтобы заняться «производительным» делом. Он, вероятно, вышел бы в отставку, открыл фабрику и умножил свой капитал».
Пользуясь «вероятной» осведомленностью автора этой статьи, мы обращаемся к нему, а заодно и к редактировавшему брошюру Л.Л. Оболенскому, со следующими вопросами:
1) Не известно ли автору, ку эмигрировала бы старуха-графиня из той же оперы, буде она дожила бы до семнадцатого года?
2) Не может ли почтенный автор сказать, что было бы, ежели Татьяна Ларина вышла бы замуж за Бориса Годунова, и как бы на это реагировал летописец Пимен?
3) Не разрешит ли автор наших сомнений о сумме алиментов, которые выплачивал бы Вронский Анне Карениной, если бы они разошлись, и Анна не бросилась бы под поезд? И кстати: не могла ли вышеупомянутая Анна Каренина влюбиться в Хулио Хуренито?
и 4) Намерен ли автор впредь писать статьи об операх, или он все же понимает, что после случившегося его должно отторгнуть от советской печати по крайней мере на три года со строгой изоляцией?

Ив. Д.

Текстовая версия:

ВОЕНАЧАЛЬНИК ШМАКОВ
О том, «что может собственных Платонов и быстрых разумом Невтонов российская земля рождать», мы давно знаем из стихотворения Ломоносова.
Но о том, что российская земля может без натуги рождать также и диких военачальников, этого мы еще не знаем.
Быстрый разумом Дмитрий Шмаков работал председателем Вика в Климковском заводе, Омутнинского уезда, Вятской губернии.
Однообразие деревенской жизни наскучило Шмакову. В один довольно гадкий день быстрый разумом Шмаков развесил повсюду громаднейшие афиши: «ОБЪЯВЛЯЕТСЯ МОБИЛИЗАЦИЯ ГРАЖДАН ЗА 10 ЛЕТ. БУРЖУАЗИЯ ОБЪЯВИЛА ВОЙНУ».
Волнение охватило Климковский завод. В кооперативной лавке мигом расхватали все товары. Длиннейшая очередь у Центроспирта также свидетельствовала о том, что нервы у граждан порядком разошлись. Переполох достиг высочайших пределов.
К обеду появились новые афиши, продиктованные тем же Шмаковым. «НИКАКОЙ МОБИЛИЗАЦИИ НЕТ. Это была ошибка».
Какое, всё-таки, горе, что может собственных Шмаковых российская земля рождать!

Текстовая версия:

ФЛОРА И ФАУНА ГОРОДА ЕЛЬНИ
Странные люди живут в городе Ельне, Смоленской губернии. Странные и недоверчивые.
В четвертой группе местной школы-девятилетки за короткий промежуток времени сменились семь учителей.
Чтобы не засиживались!
- Здравствуйте, дорогие дети! – говорит вновь назначенные учитель – Для первого урока я задам вам по географии реки Африки и Аме…
Но тут на кафедре появляется новый учитель.
- Дети, дети! – говорит он. – Не изучайте рек Африки и Америки. Это потом. А изучайте названия мысов и заливов Австра…
- К черту Австралию! – заявляет новый учитель. – Потом Австралию! Сейчас нужна Азия. Её флора и фауна. Вот что вам нужно, дети…
Седьмой по счету учитель с места в карьер вызывает малышей к черной доске, дабы выявить их знания. Дети путают Африку с Австралией, реки с мысами, флору с фауной.
- Какие тупицы вас учили? – ужасается учитель.
- Учили нас не тупицы, - хнычут дети, но учителей назначали тупицы.
И размазывают по лицу грязные слезы.
За один год в Ельне сменилось также восемь председателей Горисполкома.
Тут в детей превратились все граждане города.
А, - говорит председатель № 1.
Б, - говорит председатель № 2.
В, - говорит председатель № 3.
З, - говорит председатель № 7.
И, - говорит председатель № 8.
Странные, недоверчивые люди населяют город Ельню!

Текстовая версия:

КРУТАЯ РАСПРАВА
Днем во время репетиции пришел в театр председатель Сарайского группкома и, подражая городничему, сказал:
- Я должен вам сообщить пренеприятное известие: - вы все лишены избирательных прав!
- Ка-ак! – удивился художественный коллектив.
- Ну, натурально, весь художественный персонал в количестве 26 человек – лишенцы! – сказал председатель группкома, на этот раз подражая Хлестакову.
Артисты заволновались.
- Я понимаю еще, можно лишить избирательных прав Ярошенко, - он всегда белогвардейцев играет. Но меня-то за что?! – кричал Званцев – я всю жизнь только честных революционеров играю.
- Да, но ведь играешь-то их как? – заметила ехидно Федоровская.
Артисты волновались.
- Прянин! Председатель горсовета! – был ответ.
Работники театра пошли к Прянину.
- За что вы нас объявили лишенцами?
Прянин откашлялся и ответил:
- Во-первых, потому, что вы народ приезжий. Во-вторых, может среди вас есть белые офицеры, помещики и антрепренеры.
- Да мы ведь все члены союза! – воскликнули артисты.
- Это неважно! Мы и некоторых членов союза лишаем прав, - успокоил председатель горсовета.
И сколько ему артисты ни доказывали, что нельзя лишать всю труппу избирательных прав без всяких на это оснований, он был непоколебим. И только, когда Окрисполком вмешался в это дело, Прянин, скрежеща зубами, отдал распоряжение о восстановлении в правах артистов.
Отдавая это распоряжение, председатель горсовета сказал угрожающе:
- Ну хорошо, мы еще встретимся с вами!!
Почему у вас, тов. Прянин, такая глухая ненависть к работникам искусства? Чем они вас обидели? Может быть, отказали какому-нибудь вашему родичу в контрамарке? Тогда вы правы! Тогда, конечно, разговор короткий – лишить их всех избирательных прав!
Пусть знают!

Текстовая версия:

НАЗАД НА УЛИЦУ
В Одессе решили уменьшить сеть домов для подростков. Всех горсовет послал для переобучения на фабрики.
На производстве подростки за полгода должны были получить квалификацию и быть взятыми на штат.
Квалификации они не получили, на штат не взяты и до сих пор получают по 20 рублей с копейками в месяц.
При выходе из домов подросткам обещали дать по 50 рублей, смену белья и постели.
Дали только поломанные кровати с рваными матрацами.
Поместили подростков в помещении на улице Леккерта.
Оно славится выбитыми стеклами, холодом и визитами воров и картежников.
Девочек пришлось переместить на улицу Энгельса.
И есть среди этих девочек беременные или уже отдавшие родившихся детей в дом Матери и Ребенка.
Аметов, работающий теперь на 2-ом госканатном заводе, семь лет был на улице. На производстве он работает уде 2 года.
Жил он в шалаше, устроенном им на развалинах. Но уже полгода, как шалаш провалился и Аметов живет на улице.
А ведь в Одессе построены новые дома и много квартир освобождено от нетрудового элемента.
Но никто не подумал дать хоть одно хорошее помещение бывшим беспризорным.
Сколько усилий и денег стоило перевоспитание детей, и как быстро скатываются они назад к улице, из-за необъяснимого бездушия одесских работников.